kotenochkin: (Default)
Каждый раз, когда я говорю, что не люблю и не понимаю рыбалку, люди, перед тем, как начать меня бить, обычно презрительно спрашивают:

- А ты хоть раз на рыбалке был?
- Был.
- На пруду, что ли, с самодельной удочкой? - задают они последний вопрос, занося кулак для удара.

- Нет, на большом озере, снасти были "профессиональные".
- И что, тебе не понравилось???
- Нет.

На этом месте люди раздумывают меня бить, потому что бить сирых и убогих, по их убеждениям, нехорошо.

Я люблю смотреть на рыб больше, чем их есть. Могу есть, могу не есть. Ловить мне их совершенно не нравится с детства. И рыбу жалко, и червяка... Но один раз я поддался на уговоры, и отправился на рыбалку с моим дядей и младшим двоюродным братом.

Дело было в лохматом 1980 году. Read more... )
kotenochkin: (Default)
Журналисты всё время пристают - расскажите какие-нибудь забавные истории, которые произошли во время съёмок мультфильма.

Ну какие там могут быть истории? Сидел, рисовал, потом карандаш упал. Всё. То ли дело игровое кино. Там историй навалом. Вот у меня был случай - стоял статист с глубокого бодуна в железном костюме робота на тридцатиградусной жаре. Стоял, стоял, да и упал в обморок. А стоял он на берегу Волги, и упал в воду. Еле вытащить успели. Забавно? Не то слово.

Или вот один оператор знакомый рассказал. Снимали они что-то в Средней Азии. Что-то такое костюмное, историческое. И вот надо было снять сцену на восточном базаре. Притащили ковры, фрукты, овощи, горшки всякие, кувшины. Народу пригнали толпу, всех одели в восточные халаты, чалмы на головы намотали. Вроде всё хорошо, а режиссёр недоволен - жизни мало.

Хочу, говорит, чтобы ветер дул и шелка колыхал. Тогда в кадре движуха будет и красота.

А где его взять - ветер? Полный штиль на дворе, жара. Стали искать ветродуйную машину.

На Мосфильме-то их сколько хочешь, только деньги плати. А в той республике, где кино снимали, с этими делами была напряжёнка - что от Советского Союза осталось растащили, а нового завести не успели.

Режиссёр ничего этого знать не хочет - желаю ветер, и всё. Группа стоит, деньги капают, директор картины в шоке.

Отправился директор на поиски чего-нибудь ветром дующего. И посоветовали ему смотаться на аэродром - вдруг турбина какая-нибудь завалялась рабочая?

И ведь точно, завалялась. И даже не одна. Ему предложили на выбор - послабее, посильнее... Директор прикинул - много не мало. Мало ли что режиссёр захочет. Давайте мощную, говорит.

Я в турбинах не понимаю ничего, поэтому никаких технических подробностей привести не могу. Турбина и турбина. Реактивная.

Приволокли эту штуку на съёмочную площадку. Режиссёр аж языком зацокал - ай, какой вещь красивый! Приготовились к съёмке. Ассистенты забегали, осветители врубили прожекторы. Кипит восточный базар, толпы народу, все в чалмах, фрукты, овощи.

Режиссёр командует:
- Камера! Мотор! Начали!

Директор картины махнул авиаторам, те раскочегарили турбину. Раздался нарастающий вой.

На этом месте мой знакомый оператор блаженно прищурился, впоминая.

- Эх, какой кадр я снял, какой кадр... Жалко, что никто не увидит - плёнку у меня потом отобрали. Прикинь - восточный базар, кишмиш-урюк, шашлык-машлык, все в халатах, одних арбузов штук пятьсот, не говоря уже о дынях. Дует лёгкий ветерок, режиссёр улыбается - всё точно по его замыслу получается. И тут пыль полетела, потом мусор какой-то, тряпки развевающиеся (это у массовки чалмы с голов сдуло). Потом почему-то стали падать прожекторы. И вот я смотрю, а по воздуху арбузы летят, кувшины, люди с воплями по земле катятся, а впереди, с трудом удерживаясь на ногах, бежит директор картины с вытаращенными глазами. А за директором летит здоровенный старинный медный таз. И приходит он точно в директорскую лысину!

Короче, потом ошмётки базара собирали в радиусе километра. Слава богу, все живы-здоровы, только у директора на лысине шишка.

В результате сняли без ветра. Искусство пострадало...
kotenochkin: (Default)
Как-то попросила меня моя матушка розетку починить. Ну, взял я инструменты, положил в сумку, приехал к ней, и всё сделал.

Прошло довольно много времени - месяца три, наверно. Собрался я в Штаты. До этого я там ни разу не был, очень хотелось, я сильно переживал - дадут визу, или нет?

Наконец, настал день визита в посольство. Я собрал кучу документов, подтверждающих то, что я ни за что на свете не променяю мою теперешнюю жизнь на карьеру разносчика пиццы, положил всё это в сумку, и поехал в посольство.

Был лютый мороз. Нас, толпу желающих, минут тридцать продержали на улице, и, когда я попал, наконец, внутрь, все мысли были только об одном: "Отморозил-не отморозил?"

Первым американским человеком, встречавшим нас, был охранник. На нём была шинель, расшитая всякими шевронами и эмблемами, ушанка с красивой кокардой. Причём, ушанка была в точности такая, какие бывают у русских солдат в американских фильмах - вроде и ушанка, а не родная. Зато лицо под ушанкой было самое что ни на есть родное - человек был из бывших советских граждан.

Я потом его долго вспоминал - это ж надо - уехал, стал американцем, потом вернулся на историческую родину, и теперь, в новом статусе, проверяет бывших сограждан на предмет терроризма. Это даже круче, чем дом в Ницце купить - больше народа ежедневно тебе завидует.

Короче, начал он мою сумку шмонать. Я стою себе спокойно, отогреваюсь - ну что он там найти может, кроме бумажек? И тут у охранника глаза вылезают из орбит...

Он запускает обе руки в самое нутро моей сумки, и вынимает оттудаRead more... )
kotenochkin: (Default)
Давно известно, что Анка Ю., несмотря на несколько ботанический вид, воспитывалась в племени Могикан, и является скрытым Чингачгугом. Железная воля, несгибаемый характер и всё такое.

Но, если хорошенько поискать, у каждого индейца имеются маленькие слабости. Слабость Анки - белочки. Причём, белочки не какие попало, а именно наши, отечественные. В американских белочках её не устраивает цвет и конструкция ушек. Про хвосты made in USA я и не говорю...

И вот как-то раз она предавалась своей тайной страсти - рассматривала на Яндексе фотографии рыжих грызунов. Их в тот раз там было особенно много, так как был объявлен конкурс на лучшее фото белочки.

Никогда не думал, что у нас столько фотографов - белочек там было немерено. Где-то на странице пятой, пытливый ум и врождённое индейское любопытство навели Анку на мысль: "Если так много замечательных белочек заняли двадцатые, тридцатые и даже стопятидесятые места, то какая же белочка стоит в рейтинге на последнем месте? И главное - почему?"

Анкина мышь лихорадочно защёлкала, перелистывая страницы рейтинга.

Где-то через час ей удалось долистать до конца. На каком-то запредельном по счёту месте красовалась худшая (по мнению голосовавших - я бы однозначно вывел это фото на первое место) фотография белочки.

На фото мужик в тулупе стоял посреди зимнего леса, и держал в вытянутой руке то, что когда-то было белкой. Эта дохлая субстанция была плоская и обледеневшая, и напоминала ободранную белку из антиалкогольного клипа, который позже появился в интернете. Возможно, его создатели вдохновились именно этим фото.

Белку было, безусловно, жалко - ей сильно не повезло.

Но самое сильное впечатление оставил первый же коммент к этой фотке:

ЧТО С БЕЛКОЙ?!!

С тех пор мы часто вспоминали эту фразу. И вот недавно история получила продолжение...Read more... )
kotenochkin: (Default)
В женщинах меня поражает неспособность решить что-нибудь сразу. Мне вот, например, понравилось что-то - я беру, и покупаю.

Женщина же должна сначала помучиться.

Про гитарки я уже писал:
http://kotenochkin.livejournal.com/437408.html

Но это был не единичный случай отложенного решения в Америке.

В Нью-Йорке мы набрели на магазин сувениров из натуральной кожи, в котором Анке понравилось одно мелкое кожаное изделие. Она искала нечто подобное для своей подруги.

Я сказал:
- Нравится? Давай купим.
- Нет, она наверняка очень дорогая - это же ручная работа.
- Да ладно тебе. Давай, в конце концов, спросим, сколько стоит. Иди, спроси, вон хозяин.

Мрачный мужик что-то шил в углу.

- Сам спроси!
- Да я вообще по-английски не умею!
- Я не буду спрашивать. Он неприветливый.

Короче, так и ушли.

На следующий день мы снова оказались в том же районе.
- Давай ещё раз посмотрим? - предложил я.

На этот раз в магазине торговала приветливая женщина. У неё мы узнали цену, которая оказалась вполне приемлемой.

- Поищем что-нибудь ещё, время есть.

Я только пожал плечами.

Надо ли говорить, что на следующий день мы ехали туда специально, всю дорогу переживая - купили эту штуку, или ещё висит? Нам повезло.

В Лас Вегасе в какой-то момент мы с Анной Игоревной друг друга не вполне поняли. Я-то думал, что там надо любоваться размахом местных декораций, лампочками, и прочей фигнёй. Read more... )
kotenochkin: (Default)
Нашёл интересный сайт - на карте Москвы можно найти фотографии с привязкой к местности.

http://www.oldmos.ru/

Вот здесь я прожил с 1962 по 1987 год, это Звёздный бульвар. Мой дом - крайний справа, он целиком не поместился. Это приблизительно 1967 год:



Эти деревья сажали на моих глазах - зимой жгли костры, огонь прикрывали листами железа. Потом долбили оттаявшую землю и сажали деревья. Весной выяснилось, что прижились не все, их потом заменили. А до того там был пустырь, оставшийся после снесения деревянных деревенских домов. По пустырю протекала узенькая речка, через которую надо было переходить по доскам, лежащим на кирпичах. Её потом убрали в трубу под землю.

Сейчас эти деревья уже довольно высокие. На самом бульваре мы проводили много времени - зимой нас там гоняли на физкультуре на лыжах, сами мы катались вечерами на санках с довольно высокой горки - у её подножия как раз стоит фотограф. Ещё зимой там всегда раскатывали ледяную горку, с неё катались подростки - ехали девочки, сцепившись по две или по три, в процессе к ним сразбегу цеплялись мальчики. Во время езды они старались прочувствовать под зимними девчоночьими пальто как можно больше соблазнительных выпуклостей. Девочки визжали и отбивались. Но кататься не переставали. Спорт такой был, с эротическим уклоном.

Летом играли в футбол, катались на великах. Лазили на крыши - чердаки, почему-то, не закрывали. В восьмиэтажках жила публика поприличней, а в пятиэтажках - там как раз видно одну - много алкашей и урлы. Чуть дальше, за домами, стояли деревянные бараки, там вообще жили лимитчики в коммуналках. В нашей школе учились ребята из всех этих домов, и из бараков тоже, так что нравы царили суровые.

Хочу ли я туда, в то время? Наверно хочу... Только конкретно в 1974 год, и чтобы со мной туда перенеслось всё моё любимое барахло, включая вертушку, усилитель, колонки, диски и Фендер Стратокастер. Я бы там всем дал просраться! Жалко, не помню выигрышные номера денежно-вещевой лотереи 1975 года.
kotenochkin: (Default)
Болтались мы как-то по центру с одним товарищем. Дело было в начале 80-х. Есть захотелось. Ну и тяпнуть. А где? Народу везде - толпы. И в ресторанах, и в забегаловках. Никуда не попадёшь. Он говорит - пойдём, знаю тут одно место.

Идём по Пушкинской улице, проходим театр Оперетты. Двигаемся в сторону бульвара. Справа неприметный старый дом, дверь стеклянная. Ни вывески, ничего. Заходим. Там ресторан. Белые скатерти, официанты в строгих костюмах. Почти все столики свободны. Садимся.

Я засомневался.

- Слушай, куда это мы попали? Пошли отсюда, это ж явно что-то ведомственное... Выгонят сейчас.

Тут, как ни в чём не бывало, подходит официант и даёт меню. Там - обычный ресторанный московский набор того времени, но чуть-чуть более обширный. А цены - чуть-чуть более низкие.

Вкусно поели, расплатились и ушли. Что это за контора, мой товарищ не знал. Его самого туда кто-то привёл когда-то.

Я потом туда ещё один раз заходил, всё получилось так же успешно.

А потом гласность, перестройка, все дела. Реторан этот куда-то делся. Я теперь даже дом точно не покажу.

Загадочное место, заповедное. Я ещё понимаю - приходишь с наглой рожей в ресторан чешского торгпредства, говоришь - я к Фире, и тебя пускают. И наедаешься супом из потрошков, шикарным мясом, пьёшь чешское пиво и запотевшую водочку. И это в то время, когда народ часами стоит у входов в рестораны, чтобы потом съесть салат "Столичный". Это называется - знакомства и связи. А вот просто так кабак без вывески, и всех пускают?

Может, знает кто? Что это за заведение райское такое было?
kotenochkin: (Default)
Подруга рассказала историю сегодня.

У неё пожилые родители, бОльшую часть времени живут на даче - зимой в том числе. И вот приходит к ним как-то соседка, и говорит, что ночью с их участка доносятся стоны. Откуда - непонятно. Полное ощущение, что из-под земли.

Ну, её, конечно, заверили, что ничего такого быть не может, там кроме сугробов нет ничего. Успокоили как могли, отправили обратно.

На следующий день опять приходит соседка. Белая вся, глаза красные - ночь не спала. Стоны душераздирающие, прямо из-под земли! Вокруг снегА, тишина, изредка лают собаки в отдалённой деревне. Слышно всё за версту. И стоны, стоны...

Ну, родители подруги моей подумали, что соседка потихоньку с ума сходит. Женщина она пожилая, одинокая.

А соседка не успокаивается - позвала сторожа к себе ближе к вечеру. Сидят они вдвоём, стемнело...Read more... )
kotenochkin: (Default)
Зашли вчера в гитарный магазин. Я хотел прицениться к Гибсонам. Приценился.

Пока я приценивался, Анка разглядывала стенд с крошечными значками-гитарами. Всех мыслимых брендов.

После того, как мы покинули магазин, выяснилось, что эти значки так хороши, что их обязательно надо приобрести. Хотя бы парочку. Почему этого нельзя было сделать сразу, мне не понять, даже пытаться не буду. Ладно, сегодня поехали в тот магазин опять.

Выбрали две - Гибсон Лес Пол (раз на настоящий денег нет) и Фендер Телекастер. Погрузили нам значки в маленький бумажный пакетик, мы отошли от кассы.

- Давай еще на гитарки посмотрим? - говорю. Ну,типа, раз уж приехали.

Анка почему-то обрадовалась.

- Ага, давай!

Ну, я делаю движение в сторону гитар, зазывно висящих на стенах, и слышу:

- На, смотри!

Я оборачиваюсь. Анна Игоревна стоит сорвершенно счастливая, и протягивает мне гитарки-значки, только что вновь извлеченные из пакетика.


Теперь ее периодически посещают приступы истерического смеха. Сегодня в блюзовом клубе во время самых душещипательных песен местного гитариста (меня никто не любит, я никому не нужен) некоторые корчились от смеха, приговаривая:

- Гитарки... Хы-хы-хы...
kotenochkin: (Default)
Про заграницу я впервые начал задумываться довольно рано - над кроватью у меня висела политическая карта мира, я любил её разглядывать. Жюль Верн, Стивенсон - в их произведениях встречались географические названия, я тут же искал их на карте. Все эти города и страны вроде бы существовали, но ко мне, я понимал это, не имели никакого отношения. Никто из моих друзей никогда нигде не был, и я был уверен, что и сам никогда никуда не поеду. Почему? А просто так. Потому что нельзя.

Родители постоянно говорили - учи язык, пригодится. Я не верил. Было понятно, что, в лучшем случае, я съезжу в какую-нибудь Болгарию. А там и так все всё понимают.

Отец с матерью иногда выезжали в туристические поездки. Каждый раз этому предшествовали целые ритуалы - я помню, как отец садился заполнять многостраничные анкеты. Это было ответственное занятие, в анкете нельзя было допустить помарки, тогда приходилось переписывать всё заново. Мать зубрила фамилии иностранных политических деятелей - Миттеран, Миттеран, а, похоже на "ветеран", запомню!

В 1975 году отец съездил туристом в Америку. Встречали его как покорителя Космоса - в Шереметьево приехало несколько машин с отцовскими друзьями, дома уже был накрыт стол. Отец уселся на своё место, и начал рассказывать. Потом он рассказывал про Америку лет десять - до тех пор, пока туда не начали ездить все, кому не лень, и актуальность рассказов очевидца пропала.

Я так никуда и не ездил. Членом КПСС я не был, профсоюзным активистом тоже. Была где-то там мифическая заграница, из которой в нашем мире вдруг возникали волшебно пахнущие пластинки, джинсы и магнитофоны. Почему-то запомнились именно запахи - "маде ин не наше".

Пришёл Горби, началась Перестройка. Люди стали выезжать. Некоторые потом даже въезжали обратно. Мне подвалила работа - фирменный стиль фестиваля молодёжи СССР-ГДР. После того, как работу приняли, мне предложили съездить в ГДР, и поработать на фестивале главным художником клуба советской делегации. И началось...Read more... )
kotenochkin: (Default)
Как известно, нормальный человек может заниматься чем угодно, лишь бы не работать. Видимо поэтому, основное время, проведённое в институте, я посвятил не рисованию обнажённых женщин постбальзаковского возраста, а извлечению душераздирающих звуков из электрической гитары.

Состав нашего коллектива часто менялся, иногда в нём даже возникали профессиональные музыканты и вокалисты. Что их заставляло выходить с нами на сцену я не знаю. Возможно, фонтаны девичей любви, которые обрушивались на них после концерта. Впрочем, очень может быть, что их привлекали водопады портвейна, которые лились до и во время выступления.

Приближался какой-то очередной праздник, кажется, 7-е ноября. В институте надо было организовывать танцы. Все наши друзья-музыканты были заняты, и мы решили отыграть малым составом - две гитары и барабанщик. Такой состав требует, как минимум, виртуозного владения инструментами, чего не было и в помине. Мы решили взять громкостью.

К сожалению, еще надо было что-то петь. Коллектив опрометчиво доверил это дело мне. Надо сказать, певец я никакой. Одна девушка написала в своём дневнике после похода ко мне в гости: "Поёт так себе, но играет супер!" Она мне польстила по обоим пунктам.

Исполняли мы что-то напоминающее известные хиты того времени. Палочкой-выручалочкой был Криденс. Его тогда успешно играли во всех подворотнях на шиховских гитарах по, кажется, семь рублей.

Надо было учить слова. С этим делом у меня туго, даже если песня на русском языке. А уж если на английском... Я сел к магнитофону, и стал на слух выписывать слова русскими буквами. Через какое-то время я понял, что даже если у меня хватит терпения всё это записать, то запомнить я такое количество текста точно не смогу. Соратники посоветовали мне выучит хотя бы припевы, а запев исполнять на "птичьем" языке, отдалённо по звучанию напоминающем английский. На том и порешили.

Первым номером программы решили играть криденсовскую "Ooby-dooby". Там припев был самый простой, два слова, и всё. Мы предположили, что ближе ко второй песне народ нажрётся так, что никакого дела до слов ему уже не будет. Тем более, третьим номером программы предполагалось исполнять "Сьюзи Кью", где проигрыш можно играть минут двадцать. Концертный, типа, вариант. При удачном стечении обстоятельств, этот проигрыш можно было дотянуть до конца вечера. Тем более, что барабанщик собирался во время него стучать по пустой бутылке...

Аппаратура у нас была плохая, но громкая. Ни о каких мониторах (колонки, которые направлены на исполнителя, чтобы он мог слышать себя) не было и речи. Подзвучки барабанов тоже не было, поэтому ударник лупил во всю дурь, как молотобоец. Зато гитара орала так, что у людей осыпался пепел с сигарет.

Мы вышли на сцену. Read more... )
kotenochkin: (Default)
Когда я был маленький, мы снимали дачу в посёлке Жаворонки под Москвой. В этом посёлке у моих бабушки и дедушки когда-то был свой дом, но потом они его зачем-то продали. И потом жалели. И я жалею - Жаворонки теперь почти Рублёвка.

Там, в Жаворонках, тогда жили (и до сих пор живут) мои родственники. Мы с бабушкой часто ходили к ним в гости по Первой Советской улице. Всего там было девять Советских улиц, что говорит о некотором отстутствии фантазии среди местных властей. Надо, кстати, заехать, посмотреть - не переименовали еще? Заодно и родню проведаю.

И вот пришли мы как-то раз к бабушкиной сестре. Мне тогда было лет семь, или восемь, я был очень увлечён всяческими приключенческими книжками. А совсем недавно прочитал Стеллецкого про подземелья Кремля. Тема подземелий меня захватила.

Бабушки плотно сели пить чай из самовара, мероприятие это было продолжительное, надо было чем-то занять себя. Мне захотелось выкопать подземный ход. Я попросил лопату.

"Чем бы дитя не тешилось..." - подумали бабушки, и выдали мне острую небольшую лопату, показали место, которое не жалко, и сказали - копай! После чего вернулись к самовару.

Я никогда не любил вскапывать грядки. Но копать яму - это совсем другое дело!

Для того, чтобы получился подземный ход, надо было сначала углубиться в землю, и лишь потом рыть в сторону. Уже через пару часов яма была мне по плечи. Я устал как собака, но не сдавался. Бабушки про меня совершенно забыли, я копал, и размышлял - как будет здорово, когда баба Дуня сможет из дома по подземному ходу попадать сразу на огород!

Смеркалось. Бабульки оторвались от самовара, и пришли ко мне. Из огромной ямы вылетали комья земли. Ребёнка видно не было.

Выманить меня из ямы удалось только пообещав, что на следующий день мы придём, и я продолжу. Уходить не хотелось, так как осталось самое интересное - рытьё непосредственно самого подземного хода.

Когда мы уходили, я всё время оборачивался, и видел мужа бабы Дуни, дядю Володю, задумчиво склонившегося над моим подземным ходом.

На следующий день приехали мои родители, потом мы поехали на речку, потом ещё что-то происходило - к бабе Дуне мы попали только через неделю. Я немедленно потребовал лопату.

Баба Дуня отвела взгляд.

- Гм... Володя посмотрел на твой подземный ход, посмотрел... Закопать бы надо, ещё свалится кто, костей не соберёт... Ты ж такую ямищу размахал! Ну он и подумал - что работе зря пропадать? Вот он на этом месте и начал колодец копать. Сейчас бетонные кольца привезут...
kotenochkin: (Default)
Друзья моих родителей жили на Маяковке. Довольно старый дом, красивый лифт, обшитый натуральным деревом, с зеркалом. По тем временам (а попал я туда впервые где-то в середине 60-х) это было очень круто.

Но квартира у них была небольшая - однокомнатная, с крошечной кухней. Жили они втроём - муж, жена и сын. В конце 60-х в их, а также соседнем доме, прилегающем стена к стене, сделали капитальный ремонт - что-то там перепланировали, перегородили - в общем, потрудились на славу. И вот наши знакомые стали замечать, что несколько окон в соседнем доме всегда тёмные, свет в них не зажигается никогда. Ну представьте себе - высокий дом, и один ряд окон на всех шести этажах никогда не светится.

Стали выяснять. Выяснилось, что в результате капитального ремонта некоторые помещения на стыке двух домов оказались замурованными. Совсем. Как это получилось - история умалчивает.

Отец семейства, дядя Толя, оказался человеком любознательным. Терпел, терпел, да и пробил дырку у себя в стене - всё равно ремонт собирался делать. Заглянул туда, там комната. Метров двадцать квадратных. Пустая.

Пошёл он по инстанциям. Его оттуда послали куда подальше - живёшь в своей однушке - скажи спасибо. Народ вон в коммуналках, и ничего.

Заделал дядя Толя дырку, и стали они жить дальше - в однокомнатной квартире со стремительно взрослеющим сыном.

И вот прошло лет двадцать, наступила перестройка, гласность и полный бардак. Собрались жильцы дома, и решили - вроде как новые времена пришли, площади пропадают даром, надо это дело пробивать, причём в прямом и переносном смысле. Им повезло - они получили все необходимые разрешения, и взяли в руки перфораторы.

У дяди Толи за стеной открылась сначала одна комната, потом ещё одна. Потом просторная кладовка без окон, потом ещё одно помещение... То же самое происходило и на всех других этажах. Люди, всю жизнь прожившие в клетушках, обрели немалые квадратные метры в самом центре. Бесплатно. Им только квартплату подняли.

Последние двадцать лет друзья наши прожили в просторной трёхкомнатной квартире с подсобными помещениями. Только вот сын к этому времени уже вырос, завёл семью и уехал от родителей.

Дядя Толя говорил, что там у них ещё комнатка без окна в загашнике есть замурованная. Только она им ни к чему - зачем пожилым людям столько метров? Да и грязь разводить неохота, очередную дверь пробиваючи...
kotenochkin: (Default)
Как-то на зимние студенческие каникулы я оказался в доме отдыха. Со мной был мой верный друган Саня, и зажигали мы по-полной программе.

Где-то ближе к середине срока Саня с первого взгляда покорил красотку, которая в отдалённом будущем стала звездой российского гламура, а тогда была просто студенткой. В одну из последних ночей у них возникло острое желание уединиться. Красотка приехала с подругой, так что созрел вариант обмена - она идёт ночевать в нашу комнату, я - к её подруге.

К подруге я поплёлся без особого восторга - она была сильно интеллигентная, шансов на что-нибудь приятное у меня было мало, а спать я предпочитаю в своей кроватке. Но чего не сделаешь для друга...

Подруга встретила меня в милом халатике, и показалась мне довольно-таки соблазнительной. Не мой тип, конечно, но чем чёрт не шутит? Возникли смутные желания...

Меня уложили в красоткину кровать. Хозяйка, ни на минуту не прерывая светскую беседу, занялась вечерним туалетом. Речь была плавной, движения грациозными. Мои желания расцветали пышным цветом.

"Вот свет погасит, надо будет как-то намекнуть. Вдруг ей тоже одиноко? Мы же современные люди, сексуальная революция на дворе, всё такое. Подруга её, опять же, сейчас с Саней кувыркается... Должно же это на неё как-то возбуждающе действовать?" - думал я, лёжа под одеялом, тонко благоухающем красоткиной косметикой. На меня-то как раз мысли о том, чем сейчас занимается Саня действовали сильно.

Хозяйка извлекла внушительных размеров косметичку. Там было всё: крем для ног, крем для рук, питательное молочко трёх видов, крем для лица, крем для губ, крем для век. Девушка приступила к нанесению.

С каждым новым тюбиком все лишние мысли и желания отходили на второй план. В конце концов осталось только одно желание. Оно росло, росло, принимало неимоверные размеры. Мне стало всё труднее и труднее сдерживаться. Я приказывал себе - терпи! - но тщетно. Когда девушка взяла пальчиками тюбик с кремом для губ, и тихонечко надавила на него, я не выдержал, и... Read more... )
kotenochkin: (Default)
Матери надо было что-то забрать с работы в выходной, она взяла с собой меня. Года три мне было, может, четыре...

Ехали-ехали на троллейбусе, приехали к самому Детскому Миру, но вместо него пошли в Копьевский переулок - там тогда находился служебный вход в Театр Оперетты.

Зашли, матушка посадила меня на стул возле гардероба, и отправилась по делам.

Гардеробщица была "мерзкая тётка". Я их сразу определяю, с раннего детства. На ней был синий халат, она была довольно толстая, на ногах росли длинные чёрные волосы. Ещё у неё были усы, высоко нарисованные чёрным карандашом брови, и маленькие ядовитые глазки. Губы были нарисованы сердечком, лак на коротких ногтях облупился. Она фальшиво улыбалась, и разговаривала высоким тонким голосом.

- Кто это у нас такой маленький, хорошенький?

Я благоразумно промолчал.

- Что же ты молчишь, немой что ли? Как тебя зовут.
- Алёша, - вежливо ответил я.
- А сколько же тебе лет?
- Четыре годика.
- Ой, какой большой. Скоро жениться надо будет. Хочешь жениться?

Я благоразумно промолчал.

- Женилка вырастет, и женишься, хе-хе...

Тётка меня внимательно разглядывала.

- Папка мамку любит? Не обижает?

Я благоразумно промолчал.

- Подарки, наверно, дарит. Артистки-то без подарков на нормального мужика и не посмотрят.

Я благоразумно промолчал.

- Шубу-то папка купил мамке? Купил, я помню. Каракулевая, целый пуд весит. На норку-то не заработал?

Я благоразумно промолчал.

- Что ты всё молчишь-то, язык проглотил?

Я благоразумно промолчал.

Тут появилась матушка.

- Ну как, хорошо он себя вёл, не баловался?

Гардеробщица пожала плечами, и, заговорщицки понизив голос, сказала матушке:
- Какой-то он у вас... Мудаковатый...

Дата

Jun. 1st, 2010 06:12 pm
kotenochkin: (Default)
309.14 КБ

Вон там, вдали, перед высоким домом, в народе прозванным "На курьих ножках", деревья видите? Под сенью этих деревьев прошла моя юность золотая. Сидели как-то под этими деревьями на лавочке Три Раздолбая - Сашка, Лёха и Томпсон. На дворе стоял 1977 год, был первый день лета.

И подлое Провидение взяло, и послало Трём Раздолбаям 100 рублей. Если кто вдруг не жил в 1977 году, или, вдруг, был маленький и неразумный, тому даже бесполезно объяснять какие огроменные это были деньги. На них эти Три Раздолбая могли, к примеру, к морю уехать. И почти все ещё могли оттуда вернуться. Хотя, это вряд ли - уж больно безбашенные были эти Три Раздолбая.

Но с Раздолбаев что возьмёшь - взяли они 100 рублей, и пошли в близлежащий ресторан Юбилейный...Read more... )
kotenochkin: (Default)
Навеяло постом [livejournal.com profile] clear_text

В детстве я был хорошим мальчиком. Но, как и все дети, гулял во дворе. А там мальчики встречались разные, не только хорошие.

Не очень хорошие мальчики употребляли разные интересные слова. Я эти слова быстро выучил, и очень захотел тоже их употреблять. Но я откуда-то знал, что это плохо. Возможно, об этом мне сказали сами плохие мальчики. А я очень хотел быть хорошим мальчиком. Поэтому я терпел, не ругался. И стал буквально чахнуть. Родители не могли понять - что происходит с ребёнком? Я молчал как партизан.

Ко мне пригласили врача. Доктор потыкал в меня стетоскопом, ничего не нашёл и прописал рыбий жир. От него я стал чахнуть ещё быстрее. Я глотал отвратительное лекарство, а в голове крутилось - ..й, ..й, ..й, ....а. Ужас...

Как-то в гости приехала моя тётка Зина. Я к тому времени вообще доходил уже. Тётка нашла правильный подход к ребёнку - в результате я ей открылся. Она сказала - пойдём.

Она привела меня в ванную комнату, и плотно прикрыла дверь.

- Давай! - сказала она.

- Что? - спросил я.

- Ругайся!

- Но это же плохие слова!

- При мне - можно.

- ..й, ..й, ..й, ..й, ....а, ..й!

И я выздоровел... Но с тех пор стал плохим мальчиком.
kotenochkin: (Default)
Когда я был маленький, в моём районе мальчик должен был выглядеть так: штаны (именно штаны, а не брюки, и ни в коем случае не шорты), ботинки (обязательно тупоносые, чёрные) или кеды. Рубашка (лучше клетчатая), кепка. Зимой приветствовалась тельняшка. Очень хорошо, если все вышеперечисленные предметы были потрёпанные и слегка грязные. В комплект также входили майка (позже получившая название "алкоголичка"), и сатиновые трусы. Чёрные или синие.

Если ты был одет "как положено" никаких особенных претензий к тебе во дворе не возникало. К сожалению, моей маме объяснить это было довольно трудно. Она регулярно допускала ошибки. Как-то из Румынии она привезла мне ярко-зелёную кофту с котятами на груди. Гулять меня в ней отправили только один раз, и "погулял" я тогда межу восьмым и седьмым этажом, постоянно прячась от подъезжающего лифта - вдруг кто-нибудь увидит. Больше номер с котятами не прошёл.

Следующим номером программы была беретка с хвостиком. Мне даже демонстрировали фото то ли Че, то ли Фиделя - мол, смотри, какие мужики крутые, и ничего! Посмотрел бы я на этого Че в нашем дворе... Но пару раз, всё-таки, я в беретке вышел. Потом она "случайно" упала в костёр...

Какое-то время я жил спокойно. И тут внезапно возникли трусы в яркенький цветочек.

Аргумент -" всё равно никто не увидит" опровергнуть было сложно. Пришлось носить. Очень мучило осознание того, что под личиной Гавроша, прекрасно смотревшегося бы в обществе настоящих уркаганов, скрывается предатель в ужасных трусах.

В тот день было жарко. Балконная дверь была открыта нараспашку, и вдали маячила пока недостроенная Останкинская башня. Дома никого не было. Я болтался по квартире в тех самых позорных трусах. Раздался звонок в дверь. Глазок в двери отсутствовал, поэтому пришлось спрашивать - кто там?

Не спрашивать было нельзя - как раз свежа была история с убийцей Мосгазом, по подъездам всё время ходили "погорельцы" и цыгане. Да и район у нас был такой, что каждый второй сидел, а каждый третий - собирался.

За дверью оказался мой приятель Вовка, который жил на том же, что и я, этаже, и был на год старше. Он уже видел раньше мои ужасные трусы и, мало того, сам обладал подобными, и тоже скрывал. Поэтому дверь я открыл.

Вовка стоял на пороге, и как-то странно прятал глаза.

- Там... Это... На улице... В общем, против тебя... Рисуют, в общем... Ты посмотри.

Он показал на открытую балконную дверь. Мы жили на восьмом этаже хрущёвской восьмиэтажки. Видно оттуда было далеко.

Я выскочил на балкон, и принялся высматривать внизу злоумышленников.

В это время на меня с крыши обрушился поток ледяной воды. Я посмотрел вверх.

Из-за края крыши торчало штук десять улыбающихся детских рож. Среди прочих, там присутствовала девочка Оля. Самая красивая во дворе. Это было ужасно.

До сих пор я вижу эту картину как бы их глазами - на кафельном полу стоит тощий мокрый жалкий человечек в диких трусах, и смотрит вверх расширенными от ужаса глазами.

Я повернулся, вошёл в квартиру, прошёл через комнату, оставляя за собой лужи воды, и оказался перед входной дверью.

Предатель Вовка почему-то не убежал. Он стоял как стоял на пороге, и даже не улыбался. Кажется, он ждал, что я дам ему в морду.

Я его не ударил. Я просто очень медленно закрыл перед ним дверь.

Странно, но это событие потом во дворе никак не обсуждали. Даже трусы мне никто не припомнил. Не то, что беретку...
kotenochkin: (Default)
Как-то раз отец принёс щенка. Друг какой-то подарил. Экспромт, в общем...

Мне уж лет 17 было, я собачку не заказывал, вообще-то. Ну, поселился - пусть живёт

Про него говорили, что он помесь тибетского терьера с карликовым пуделем. Не знаю, не знаю... Это был пёс такой конструкции, когда с первого взгляда не поймёшь - где нос, где корма. Одна шерсть.

Назвали его, почему-то, Тюльпан. Сокращённо - Тюля.

Ну чего можно ожидать от собаки с таким именем? Вот именно.

Но иногда он превосходил самого себя...

Как-то раз родители отбыли в отпуск, и оставили на меня квартиру (что хорошо), и собаку (что плохо). Приходилось мучиться, и ночевать дома. Зато можно было заманить дружков, и спокойно нарушить безобразие.

В один прекрасный вечер мы где-то раздобыли денег, и решили немедленно от них избавиться. Уже на подходе к дому кто-то обнаружил случайно завалявшийся трояк, и его тоже решили пристроить. Винный отдел был уже закрыт, но у меня был знакомый грузчик Толик. Поэтому я отдал ключи дружкам - пусть закуску режут, чтобы время не терять - а сам пошёл в магазин.

Уже на обратном пути я вспомнил про собаку. Ой, думаю, откроют они дверь, войдут, а Тюльпан как бросится! Покусает ещё... Я прибавил ходу.

Звоню в дверь, мне открывают.

- Собака-то не покусала? - спрашиваю.
- Какая собака?

Блин... Наверно, думаю, когда они толпой заходили, он из квартиры выскочил. Тем более что такое уже было - сидел я как-то у окна, вдруг вижу - собака на нашу похожая по двору бегает. Хорошо, заметил, а то бы всё...

Рванул на улицу, вокруг дома пару кругов нарезал. "Тюля, Тюля!" Тишина. Ну всё, думаю, родители вернутся - убьют. Поплёлся домой.

Ну сидим, выпиваем. Все меня успокаивают. Я на них злой - ну как можно было собаку не заметить?

Короче, вечер прошёл не так весело, как хотелось бы. Допили всё, народ разошёлся.

Я спать лёг, собаку жалею - мне вот тепло, хорошо, а как он там сейчас - в темноте, на холоде?

Тут под диваном что-то вздохнуло. Я на пол - шмяк! Сидит, красавчих, в самом дальнем углу, печальный. Охранник жилплощади.

Он, видно, как чужих учуял, сразу под диван залез и затаился. А потом уснул, наверно...

Пришлось одеваться и идти выгуливать.

Тюля, одно слово...
kotenochkin: (Default)
Моя мама дружила с женой одного очень известного советского композитора. Очень известного. Суперзвезды. Жил он в композиторском доме на улице Горького в огромной квартире, полной всякого антиквариата. Как-то раз мама отправилась в гости к подруге, прихватив меня с собой. Было мне года три.

Надо сказать, я в три года был сущим ангелом - и внешне, и по характеру. Послушный мальчик с длинными золотистыми локонами (и куда всё делось, просто удивительно).

Я тихо бродил по большой квартире, рассматривал всякие диковины, никому не мешал. Дамы оживлённо беседовали. И тут случилось страшное. Ребёнку приспичило. Причём, по-крупному.

Дитё отправилось к маме, и сообщило о возникшей необходимости. Срочно требовался горшок.

Надо сказать, что я в детстве был очень консервативен, и намертво привыкал к вещам. У меня был любимый, единственный горшок. С крышечкой. И с собой мы его не взяли.

Мама хорошо знала своего сына, поэтому сразу стала интересоваться, дотерплю ли я до дома. Я отрицательно мотал головой. Молча.

Хозяйка не поняла глубины трагедии, и стала предлагать различные сосуды, которые, по её мнению, могли бы заменить мне ночную вазу.

Мне были предложены, практически, все кастрюли с кухни, хрустальные и фарфоровые вазы, наградные кубки. Я честно перепробовал все предметы, и ни один из них не соответствовал высоким стандартам моего любимого горшка. У одних было слишком широкое горлышко, у других, наоборот, узкое. У древней китайской вазы династии Цынь, например, был слишком острый край...

Конфуз назревал. Мы стали лихорадочно собираться домой, в надежде, что быстро поймаем такси.

Всё случилось у лифта. Пока женщины занимались постирушками, я грустно сидел у окна без штанов, и смотрел на ночную улицу Горького... Я всегда был очень задумчивый.

В связи с этой историей вспоминается байка про композитора Хачатуряна, который, якобы, пришёл в гости к Сальвадору Дали.
Если кто не читал, то там пришедшего в гости композитора мариновали несколько часов в запертой комнате наедине с бутылкой вина. Когда вино кончилось, композитору нестерпимо захотелось отлить. Он стучал, кричал - никто так и не открыл. Тогда он пристроился к красивой антикварной вазе. Когда дело было сделано, грянул "Танец с саблями", распахнулись двери, и абсолютно голый Дали проскакал через комнату. После этого композитору сообщили, что аудиенция закончена.

И вот в чём коренное отличие между художниками (пусть будущими), и композиторами.

Художник композитору в вазу не смог, а композитор художнику - запросто.
Page generated Sep. 23rd, 2017 09:45 pm
Powered by Dreamwidth Studios